«Ты в бункере, где каждый сам за себя» Россиянка объездила более 40 стран с рюкзаком за спиной. Что ее поразило больше всего?

Поллианне 27 лет, и за это время она успела посетить уже более 40 стран. Ночевала у незнакомцев в самых разных уголках мира, каталась по Европе автостопом и никогда не боялась неизвестности. В рамках цикла «Русские за границей» она рассказала, как играла в киргизском театре, пыталась прижиться в Чехии и вкушала богемную жизнь во Франции.

«Я, обычная девочка из Москвы, еду в Прагу с незнакомыми узбеками»

Поллианна: Мы стоим на обочине трассы. Нам нужно попасть в Брно из Праги. В том направлении много кто едет, но рядом с нами никто не останавливается. Ждем долго, но не планируем сдаваться: нам очень нужна попутка.

Наконец тормозит машина. Внутри двое мужчин, похожих на дагестанцев. Они говорят на чешском, при этом акцент у них какой-то странный. Нас это не смущает. После недолгого разговора садимся в машину.

По пути выяснилось, что мужчины из Узбекистана. У них лавка в центре Праги с сухофруктами, ягодами, орехами. Они зарабатывают в Европе и так помогают семьям. В дороге они показывали нам фотографии родных, угощали фруктами, покупали нам кофе и еду на заправке. Без проблем довезли.

«Меня же не в какой-то африканский плен отправили»

Мне почти 27 лет, и я до сих пор не живу в какой-либо одной стране. Я посетила более 40 стран — уже сбилась со счета. Знаю, что в любой момент мне могут написать: «Поллианна, завтра едем на полгода в Непал разрисовывать стены». Мне оплатят билеты, жилье, еду, и я поеду.

Есть две стороны медали. Кто-то начинает путешествовать, потому что у него есть мечта. Я уехала, потому что хотела забыть тот ужас, который происходил со мной в прошлом. Я выросла в деструктивной семье, и уже лет в 10 знала, что обязательно уеду. Это не избегание, не эскапизм, это дар.

Когда мне было 13 лет, я уехала примерно на месяц в Англию: прошла на языковые курсы от своей школы, потому что всегда была умненькой. Оказавшись в другой стране, я выдохнула. Я до сих пор помню это чувство облегчения: «Выход есть».

Я не боялась, было больше интереса. Меня же не в какой-то африканский плен отправили, а в европейскую страну. Люди внешне похожи на москвичей, да и менталитет более-менее схож.

Тогда я жила в доме типичной белой британки. Назову ее Карен. И у нее была 16-летняя дочь, допустим, Мариса, с которой они постоянно ссорились.

И дальше куча таких оскорбительных слов. Если бы я сказала такое своим родителям, думаю, ничем бы хорошим это не закончилось. В Англии же дети больше чувствуют свою свободу и независимость, им с детства не твердят, что родителей нужно слушать, а старших уважать. Это меня поразило.

Также у британцев среднего класса совершенно другая культура еды. Вот у нас есть пюрешечка с котлеточкой, борщ, щи. Там, как мне показалось, есть только полуфабрикаты. Британцы обычно просто покупают замороженную еду, разогревают ее и едят. На завтрак — йогурты или хлопья с огромным содержанием сахара.

Тогда я вернулась в Россию с четким ощущением, что это не последнее мое путешествие. У меня как будто кукуха полетела. Я начала верить, что объеду полмира, когда вырасту. Так и получилось.

«В лондонском метро ты понимаешь, что находишься в бункере, где каждый сам за себя»

Долго ждать не пришлось. В 14 лет я снова оказалась в Англии на языковых курсах при King's College London — одном из самых престижных британских университетов. Летом студенты уезжали из общежития, и туда заселяли школьников.

Безумием было то, сколько моя мама отдавала за проживание там. Около ста тысяч рублей в месяц за комнату 5-10 квадратных метров с туалетом, похожим на туалеты в поездах, и очень маленьким душем. Зато общага находилась в центре Лондона.

Мы жили по отдельности, а кухня была общая. Там в основном все и собирались. До сих пор помню концентрацию различных резких запахов, исходивших от блюд ребят из Китая и Макао. Воняло на весь коридор.

Я в основном дружила с французами и бразильцами. Тогда я особо не замечала разницу между нашими менталитетами, все-таки все мы еще были подростками, не обремененными испорченным эго, характерным для взрослых. Просто нравилось проводить время вместе. Бразильцы всегда мне улыбались и отвечали на любой мой вопрос. Французы, как и британцы, общались маленькими закрытыми группами, но ко мне были открыты.

Мне нравились там не только другие ребята, но и преподаватели. Мы учились в маленьких группах, чтобы преподаватель мог к каждому подобрать индивидуальный подход. В России не так. У нас классы по 30 человек и одна методика. Понял ты, не понял — всем все равно.

В Великобритании учителя давали нам свою почту, призывали нас им писать и всегда отвечали. Они более открытые, нет привычных нам рамок.

В этот период я часто гуляла по Лондону. Для меня это очень красивый город с потрясающей готической культурой. Однако некоторые места там действительно жутковатые, особенно метро.

В России у нас хоть какая-то охрана есть. Там ты спускаешься в метро и понимаешь: ты в бункере, где каждый сам за себя. Если кого-то пырнут ножом, никто даже не заметит. Еще и билет очень много стоит. Дорого, страшно и очень грязно.

«Киргизия — это потрясающие свежие фрукты, это потрясающие люди»

Следующим пунктом моего кочевничества стала Киргизия. В 2016 году мою маму перевели в Бишкек по работе. Я перешла тогда на домашнее обучение, и у меня появилось много свободного времени. Именно благодаря этому я и попала в русский театр имени Чингиза Айтматова. Им управляла русская женщина, родившаяся в Киргизии. Я там пела, играла, нашла много новых друзей.

Мне нравилось, что там были не только мои сверстники, но и люди других возрастов, и всех нас объединяло творчество. Мы пели вместе под гитару, импровизировали, разыгрывали сцены из пьес Чехова. Такие вот курсы. Это был очень классный опыт.

Киргизия — это потрясающие свежие фрукты, это потрясающие люди. Там условная тетя Феруза может сама открыть магазин, накупить книжек из разных стран и продавать их. У нее нет ничего для этого — ей ничего и не надо. Вот если я захочу открыть магазин в центре Москвы, я не смогу это сделать, как тетя Феруза. Ко мне придут дяди полицейские.

Для киргизов важна семья, они строго придерживаются традиций. Если родители что-то сказали, они будут этому следовать. Там все еще нормально воровать невест.

Мне было очень грустно уезжать. Я выпускалась из школы, и мне нужно было получить диплом. Тогда я почти ни с кем не попрощалась, была абсолютно уверена, что приеду еще. Но с того момента я так и не побывала в Киргизии.

«Я очень хотела устроить себе челлендж — поехать автостопом с рандомными людьми»

У моей мамы была подруга, которая училась в Чехии. Она рассказала, что там можно поступить в университет бесплатно, если знать чешский. Эта идея мне понравилась, и я уехала на целый год изучать язык.

Чешский оказался несложным, и я довольно быстро его выучила, поэтому у меня оставалось много свободного времени. Мне очень нравилась Прага — красивый город. Такой пряничный домик, готический местами. Я не осталась в Чехии, поскольку поняла, что это не та страна, где я могла бы надолго обосноваться. Прага достаточно размеренный и медлительный город. Этот темп мне не подошел.

Зато в Чехии я познакомилась с людьми, с которыми впервые отправилась автостопом. Всегда ощущала себя исследователем, во мне жила энергия свободы, и я очень хотела устроить себе челлендж, поехать куда-нибудь со случайными попутчиками.

Мы были с друзьями в Дрездене, и так вышло, что не смогли попасть на ночной автобус до Праги. А мне очень нужно было вернуться в Чехию, чтобы сдать утром экзамен. Мы пришли с ними в «Макдональдс», попросили бумагу, фломастеры. Написали большими буквами «Прага» и вышли на трассу.

Телефоны садились, зарядки не было, вокруг — темнота, над головой — звезды. Романтика, юность, адреналин и голод. Я подсвечивала надпись фонариком на телефоне, и тут он сел. Это правда не кино, но именно в этот момент рядом с нами остановилась машина скорой или МЧС, не помню.

За рулем был настоящий добряк. Оказалось, что он жил в России, много раз бывал в Москве, знает русский. Он довез нас прямо до дома, а по пути еще и булочками накормил.

Потом я втянулась и автостопом проехала почти всю Европу. Мне не было страшно. Я просто знала, что мне это предназначено. Если моя душа к этому рвется, значит, со мной ничего не случится, меня оберегают.

«Я всегда экономила на еде и жилье»

Мой друг как-то решил сделать мне сюрприз и подарил билет на автобус до Амстердама. Но при этом не учел, что нам потребуется жилье. Мы оказались посреди улицы, а я очень сильно захотела в туалет. Настолько, что была готова пойти в кусты. Вдруг я услышала из многоэтажного дома рядом русскую речь. Я докричалась до тех, кто разговаривал, и попросила разрешения воспользоваться туалетом. Там была очень странная атмосфера.

В квартире были мальчик-украинец, девочка-русская и… танцор балета из Канады. Он рассказал, что выступает в Королевском театре, и даже сделал при нас несколько пируэтов. Мы разговорились, и оказалось, что у украинца есть свободный Airbnb. И он нас просто бесплатно вписал.

Я так часто у кого-то оставалась. Будучи студентом с тягой к путешествиям, я всегда экономила на еде и жилье. Находила людей через группы в социальных сетях, и они пускали меня, просто потому что хотели познакомиться. Сейчас не советую так делать — небезопасно. Раньше времена были другими.

«Людям с диабетом точно нечего делать во Франции»

Благодаря одному другу я где-то три месяца прожила в Париже. Люди там живут на чилле, особо ни о чем не переживают. Это часто путают с высокомерием, но, мне кажется, это совсем про другое. К примеру, так выглядела моя жизнь во Франции.

Все-таки французы умеют наслаждаться жизнью. У них очень много сладостей. Людям с диабетом точно нечего делать во Франции. Им нужно запретить въезд, я серьезно.

Мне нравится, что французы следят за собой, любят красиво одеваться. У нас попробуй предложить какому-нибудь дяде Пете пилочку для ногтей. Он просто отгрызет все и выплюнет. Здесь такого не будет.

Конечно, во Франции есть свои проблемы, это же часть мира, а мир — это не 2D-картинка. Например, человеку из Афганистана Париж вряд ли покажется таким же привлекательным местом, как для меня. Я жила довольно богемно.

Еще в Париже очень много крыс. Москва — один из самых чистых городов, которые я видела в своей жизни. Иногда мне кажется, что я могу пройтись тут в белых носках, и они максимум станут серыми. Если бы я решила сделать то же самое в Париже, я бы точно заразилась чем-нибудь страшным.

«Очень сильно чувствовалось, что в этом мире я осталась одна»

Я планировала остаться во Франции и даже поступила там в вуз. Но мне отказали в визе, поэтому я вернулась в Россию. Устроилась работать бариста, и тут моя знакомая, которая помогает людям с поступлением в зарубежные университеты, предложила мне попробовать поучаствовать в конкурсе на получение гранта в Великобритании.

Именно так мне удалось получить очень хорошую скидку, и я уехала. Закончила первый курс с отличием, была топовой студенткой, но в 2020 году у меня умерла мама. На тот момент мы не были близки с отцом. Ковид, Брекзит, я заболела ангиной.

Вернуться к жизни мне помогла фотография. Я делала разные съемки, в том числе странные и креативные. И это неожиданное увлечение, новые эмоции помогли мне. К тому же у меня появилось много новых знакомств, а при депрессии очень важно не уходить в себя, не быть в изоляции.

Я продолжила путешествовать, поменяла Европу на Азию, стала в Таиланде работать с детьми. И влюбилась в них! Мне нравилось, что во мне кто-то нуждается. Не в том смысле, что они не могут прожить без меня и дня. Просто я вижу, что им нужна любовь, забота, поддержка.

Когда находишься в депрессии, на тебе как будто надета маска, сквозь которую ты видишь мир серым. А тут в моей жизни появились дети и напомнили мне, что существуют еще и другие цвета: красный, зеленый, желтый...

«Жизнь путешественника — это хард левел»

Если вы решили отправиться в путешествие с одним рюкзаком за спиной, всегда думайте, как себя защитить. Девушкам лучше выбирать безопасные страны или путешествовать с кем-то. Перцовый баллончик никогда не будет лишним.

Если вы путешествуете автостопом, никогда не садитесь в случайно выбранную машину. Обязательно оцените потенциальных попутчиков. Это хороший знак, если они сами присматриваются к вам, спрашивают о вас.

Хороший вариант — искать попутки не на трассе, а на автозаправках. Еще лайфхак — сообщить друзьям о том, куда едете, поделиться с ними локацией.

Есть люди, которые оканчивают школу, идут в универ, потом на работу, берут ипотеку — живут самой обычной жизнью. И это нормально. А есть такие, как я, — путешественники. Наша жизнь — это хард левел. Но кому-то подходит и такое, главное — понять, к чему у вас лежит душа.