Последняя атака на АДВ. Суды готовы поставить точку в крупнейшем корпоративном споре российского рекламного рынка

Фото: CrizzyStudio / Shutterstock / Fotodom
Арбитражный суд Москвы 13 августа отказал во взыскании убытков с бывшего руководителя «Хавас Медиа» Дмитрия Ульяшенко и действующих акционеров группы АДВ. Новое решение суда стало еще одним подтверждением того, что крупнейший корпоративный спор в истории российского рекламного рынка подходит к завершению. Это уже шестая судебная победа действующих акционеров холдинга после выхода из бизнеса его основателя Дмитрия Коробкова. Подробности судебных баталий — в материале «Ленты.ру».
В этом процессе ООО «Хавас Медиа» требовало взыскать с бывшего генерального директора Дмитрия Ульяшенко, а также акционеров АДВ Кирилла Коробейникова и Павла Сидорова 348 миллионов рублей убытков. Компания утверждала, что перевод клиентской базы и операционного бизнеса в ООО «Адвайзерс» лишил ее доходов: по версии «Хавас Медиа», за девять месяцев клиенты перечислили новому юрлицу более 700 миллионов рублей.
В ходе разбирательства ООО «Хавас Медиа» снизило сумму требований более чем в десять раз — до 33 миллионов рублей. Однако и эти требования Арбитражный суд Москвы полностью отклонил. По мнению судов, все попытки Коробкова оспорить действия Ульяшенко, Коробейникова и Сидорова сводятся к его желанию переложить ответственность за сгенерированные им же самим убытки компании на бывшего генерального директора «Хавас Медиа» Ульяшенко и текущих акционеров АДВ, так как параллельно стало известно о судебном взыскании долгов с «Хавас Медиа» на сумму более 500 миллионов рублей. В рамках этих разбирательств, были вскрыты факты вывода денежных средств из «Хавас Медиа».

Фото: Aroni's cottage / Shutterstock / Fotodom
Суд признал реструктуризацию законной
Ульяшенко, Коробейников и Сидоров настаивали, что перевод клиентов был одним из согласованных способов исполнения сделки по продаже иностранного периметра группы АДВ, заключенной в феврале 2023 года. Поскольку передача долей иностранной компании зависела от одобрения правительственной комиссии, стороны заранее предусмотрели альтернативные механизмы, которым в итоге стал перенос операционной деятельности в российское юридическое лицо. Таким обществом и стало ООО «Адвайзерс».
Суд согласился именно с этой позицией. В решении указано, что оснований для взыскания убытков не имеется, а сама реструктуризация являлась исполнением договоренностей между Коробковым и Коробейниковым, Сидоровым, а не противоправным выводом активов.
Бывший генеральный директор «Хавас Медиа» Дмитрий Ульяшенко заявил, что был назначен руководителем именно для реализации условий сделки
«Я был назначен на должность генерального директора в том числе для исполнения договоренностей, достигнутых между сторонами сделки. Говорить о причинении каких-либо убытков обществу или о недобросовестности моих действий некорректно», — отметил он.
Представитель Ульяшенко Артур Абузов подчеркнул, что суд подтвердил законность действий Ульяшенко, Коробейникова и Сидорова, указав, что они исполняли условия сделки, ранее признанной судами действительной и заключенной.

Фото: Salivanchuk Semyon / Shutterstock / Fotodom
Начало конфликта
История спора берет начало 3 февраля 2023 года. В этот день основатель и мажоритарный владелец группы АДВ Дмитрий Коробков продал принадлежащий ему российский рекламный бизнес своим партнерам — Кириллу Коробейникову и Павлу Сидорову. Стоимость проданных долей составила 600,2 миллиона рублей, причем эти денежные средства продавец получил практически сразу после подписания документов.
На тот момент АДВ представляла собой один из крупнейших рекламных холдингов страны, объединявший несколько десятков агентств и совместных предприятий. Особенность группы заключалась в сложной международной структуре собственности: часть компаний контролировалась через иностранные холдинги из недружественных юрисдикций, что делало обычную сделку купли-продажи невозможной.
Поэтому стороны разделили ее на два самостоятельных контура
Российские активы были переданы по пяти нотариально удостоверенным договорам купли-продажи долей, а порядок перехода контроля над зарубежными структурами закрепили в отдельном соглашении об основных условиях сделки. Такой механизм учитывал требования законодательства: передача иностранных активов требовала получения разрешения правительственной комиссии.
После подписания документов Коробейников и Сидоров получили корпоративный контроль над российскими обществами, а Коробков — согласованное денежное вознаграждение. Почти два года никаких претензий к сделке не возникало. Ситуация изменилась лишь в ноябре 2024 года, когда Дмитрий Коробков неожиданно начал оспаривать собственную сделку. Именно тогда начался крупнейший корпоративный конфликт в истории российского рекламного рынка.

Фото: fizkes / Shutterstock / Fotodom
Первая попытка
Первый иск строился на классической для корпоративных споров конструкции. Коробков утверждал, что Коробейников и Сидоров якобы его обманули относительно реальных финансовых показателей группы АДВ, а потому сделка должна быть признана недействительной. Одновременно он потребовал взыскать с Коробейникова, Сидорова и Альянс КС еще около 650 миллионов рублей, фактически увеличив цену уже исполненного соглашения почти вдвое.
Однако Арбитражный суд Москвы не нашел подтверждения этим доводам
Суд указал, что Коробков являлся профессиональным участником сделки, обладал всей необходимой информацией о собственном бизнесе и добровольно согласовал условия продажи, опасаясь санкционных рисков после начала СВО. Апелляция и кассация полностью поддержали эти выводы. Подтвердил законность сделки и Верховный суд России, который отказался передавать жалобу Коробкова в экономическую коллегию. Таким образом, все судебные инстанции пришли к единому выводу: доказательств обмана представлено не было, а сама сделка остается действительной. Это решение стало первым серьезным поражением бывшего владельца АДВ, однако на этом судебная история не закончилась.

Фото: fizkes / Shutterstock / Fotodom
Вторая стратегия
Уже в январе 2026 года Дмитрий Коробков полностью изменил юридическую позицию. Если раньше он утверждал, что сделка была недействительной, то теперь заявил обратное: сделки вообще не существует. По мнению Коробкова, стороны якобы так и не согласовали окончательный механизм передачи компаний с иностранным участием, а значит, предмет сделки остался несогласованным. Следовательно, утверждал он, нотариальные договоры по российским обществам также должны считаться незаключенными.
Неожиданно первая инстанция поддержала эту логику. Арбитраж признал за Коробковым права на доли в четырех ключевых обществах группы, а по ходатайству Коробкова на доли в них был наложен арест.
Для рекламного рынка это решение стало настоящей сенсацией: фактически речь шла о возврате корпоративного контроля над одним из крупнейших медиахолдингов страны
Юристы практически сразу назвали такое решение выбивающимся из сложившейся судебной практики. Партнер юридической фирмы Orchards Вадим Бородкин отметил, что российские суды крайне редко признают незаключенными уже исполненные сделки, особенно когда продавец получил полную оплату, а переход долей зарегистрирован. «Решение суда первой инстанции, которым проигнорированы заключение и исполнение нотариальных сделок, а также получение продавцом оплаты, выглядит аномальным», — отмечал эксперт.

Фото: AMilkin / Shutterstock / Fotodom
Апелляция изменила исход дела
Девятый арбитражный апелляционный суд занял противоположную позицию и подробно разобрал правовую конструкцию сделки. Суд указал, что нотариальные договоры купли-продажи российских обществ являются самостоятельными сделками, содержащими все существенные условия и полностью исполненными сторонами. Разногласия относительно способа передачи зарубежного контура могут свидетельствовать о споре вокруг исполнения отдельных обязательств, но не превращают уже исполненные договоры в незаключенные.
Ключевым аргументом стало применение принципа эстоппеля, закрепленного в Гражданском кодексе. Апелляция отметила, что Коробков получил более 600 миллионов рублей, распорядился ими по собственному усмотрению и почти три года не заявлял о незаключенности договоров. Такое поведение исключает возможность позднее ссылаться на отсутствие сделки.
Фактически суд сформулировал важный для корпоративной практики вывод: сторона не может одновременно пользоваться результатами сделки и спустя несколько лет утверждать, что этой сделки никогда не существовало
Кроме того, апелляция обратила внимание на публичный аспект спора. Суд указал, «удовлетворение иска Коробкова о восстановлении корпоративного контроля над российскими обществами Группы АДВ при указанных обстоятельствах фактически легитимизирует возможность дальнейшего контроля над российским бизнесом со стороны лица, аффилированного с недружественными юрисдикциями (Нидерланды, Мальта), что противоречит публичным интересам Российской Федерации», — говорится в решении суда.
После отмены решения первой инстанции арест с долей был снят, а действующие акционеры в очередной раз подтвердили свои права на Группу АДВ.

Фото: Benoit Tessier / Reuters
В финале
Для рекламного рынка спор вокруг АДВ давно перестал быть частным конфликтом бывших партнеров. Холдинг с оборотом около 40 миллиардов рублей в год остается одним из крупнейших игроков отрасли, поэтому внести ясность в судебную неопределенность хотели не только акционеры, но и клиенты, партнеры и десятки агентств группы.
За время разбирательств суды рассмотрели две самостоятельные попытки пересмотреть сделку 2023 года: через признание ее недействительной, затем — незаключенной. В обоих случаях вывод оказался одинаковым: действующие акционеры подтвердили законность приобретения АДВ и исполнения условий сделки.
В довершение ко всему на днях Арбитражный суд Москвы выдал исполнительные листы более чем на 500 миллионов рублей, подлежащих взысканию с до сих пор удерживаемой Коробковым компании ООО «Хавас Медиа»
Напомним, ранее «Хавас Медиа» проиграло два судебных иска от рекламных агентств АДВ о взыскании задолженности по оплате рекламных размещений клиентов. В августе позицию АДВ поддержала апелляция. Для клиентов и партнеров холдинга это означает, что многолетний корпоративный спор перестает быть источником неопределенности для бизнеса.