«Они рассчитывают на помощь России» Как Москва пытается остановить конфликт на Ближнем Востоке и сможет ли она стать посредником?
00:01, 29 октября 2026Фото: Majid Saeedi / Getty Images
Способность России как посредника повлиять на ближневосточный конфликт вновь становится востребованной: по данным американских СМИ, армия США может нанести удары по Ирану сразу после промежуточных выборов в Конгресс 3 ноября. На этом фоне особенно актуальным становится взаимодействие России с арабскими странами Персидского залива, ведь Москва одновременно поддерживает партнерские отношения и с оказавшимися на стороне Соединенных Штатов монархиями залива, и с Исламской Республикой, куда министр иностранных дел России Сергей Лавров направился сразу после переговоров в Бахрейне. С каким посланием российский дипломат прибыл на Ближний Восток, как прошел его визит и как Россия может помочь урегулировать конфликт — в репортаже «Ленты.ру».
Столица Бахрейна Манама в переводе с арабского означает «ночлежку» или «место для сна». Еще с античных времен это место было своеобразным хабом, соединяющим торговые маршруты из Персидского залива на Аравийский полуостров, Ближний Восток, Малую Азию и Европу. Здесь были форпосты Арабского халифата, Португалии, иранской империи Сефевидов, а сейчас в городе располагается штаб-квартира Пятого флота США — опоры американского военного присутствия на Ближнем Востоке.
Вид из окрестностей крепости Калат-аль-Бахрейн на Манаму, Бахрейн, 18 октября 2026 года
Фото: Юрий Леонов / «Лента.ру»
Именно здесь, в столице Бахрейна, 18 октября состоялось Девятое министерское заседание Стратегического диалога Россия — Совет сотрудничества Арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Программа была насыщенной: Лавров встретился с коллегами из внешнеполитических ведомств Бахрейна, Саудовской Аравии, Кувейта, генеральным секретарем ССАГПЗ и королем Бахрейна. Это очень удобная площадка для обсуждения актуальных вопросов, в том числе урегулирования региональных конфликтов.
Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) был основан более 40 лет назад: в 1981 году его создали шесть ближневосточных монархий — Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Кувейт, Катар, Бахрейн и Оман для сотрудничества и интеграции в экономической, социальной, культурной и военно-политической сферах.
Организация со временем приобрела институциональное оформление — Секретариат, который располагается в столице Саудовской Аравии, Эр-Рияде, Верховный совет глав государств, которые проводят встречи ежегодно, и Совет министров, встречающийся каждые три месяца.
В начале 2010-х годов государства-участники ССАГПЗ даже обсуждали стремление углублять сотрудничество и построить конфедерацию шести стран. Кроме того, велись переговоры о присоединении к организации Йемена, а также Иордании и Марокко.
На данный момент наиболее активно интеграция развивается в экономической сфере. Еще в 2006 году вступило в силу Объединенное экономическое соглашение, которое сняло тарифные барьеры между участниками формата. Также было принято решение о создании валютного союза, и к настоящему времени стороны начали использовать номинальную общую валюту для взаимных расчетов.
При этом ССАГПЗ образовался прежде всего как объединение, призванное обеспечить безопасность региона. В 1984 году было создано военное подразделение организации под названием «Щит полуострова», которое, в частности, развернули в Кувейте для его защиты во время войны в Ираке 2003 года. В военной сфере ССАГПЗ активно сотрудничает с НАТО: в 2014 году сотрудничество было закреплено соглашением о совместных действиях по обеспечению безопасности доставки энергоресурсов на мировые рынки.
Несмотря на тесное сотрудничество, в ряде сфер между государствами-членами ССАГПЗ в 2010-е годы происходили конфликты. Так, в 2014 году Саудовская Аравия, Бахрейн и ОАЭ отозвали послов из Катара и обвинили своего союзника в поддержке террористических и экстремистских организаций, представляющих угрозу их безопасности и стабильности. В 2017-2021 годах очередное противоречие между этими странами привело к разрыву дипломатических отношений.
Встреча министра иностранных дел России Сергея Лаврова с министром иностранных дел Саудовской Аравии Фейсалом бен Фарханом на полях Девятого министерского заседания Стратегического диалога Россия — ССАГПЗ, Манама, Бахрейн, 18 октября 2026 года
Фото: Russian Foreign Ministry / Handout via Reuters
Как отметил в комментарии «Ленте.ру» программный менеджер Российского совета по международным делам (РСМД), автор Telegram-канала «Ближневосточный калейдоскоп» Иван Бочаров, предпосылок для ухудшения отношений между Россией и странами Персидского залива сейчас нет, хотя их фон осложнился из-за начала конфликта между США и Ираном. По его словам, арабские монархии внимательно следят за российской позицией, а Москва, в свою очередь, считает свой подход сбалансированным с учетом действий США и Израиля в отношении Ирана.
Ни одно из направлений сотрудничества пересмотрено не было. Монархии развивают оборонное взаимодействие с другими партнерами, в том числе с Саудовской Аравией и Пакистаном, и это не ущемляет отношений с Россией
Совместная фотография участников Девятого министерского заседания Стратегического диалога Россия — ССАГПЗ, Манама, Бахрейн, 18 октября 2026 года
Фото: Bahrain News Agency / Handout via Reuters
«Мы надеемся на связи Москвы»
Несмотря на обширный список вопросов в отношениях с арабскими монархиями, главным пунктом повестки для России оставалось урегулирование конфликтов — в том числе конфликта на Украине.
Сергей Лавров и генсек ССАГПЗ Джасем аль-Будайви отметили усилия Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) по организации трехсторонних переговоров России, США и Украины в Абу-Даби, а также посредничество Катара по воссоединению семей.
Особую благодарность высказали усилиям целого ряда стран Персидского залива, которые спокойно, по-деловому, без рекламы выступают посредниками в решении целого ряда гуманитарных вопросов
Но куда более важным вопросом стало урегулирование конфликта между США и Ираном. По словам Лаврова, основой мирного процесса должно стать устранение первопричин противостояния на Ближнем Востоке, а дестабилизация связана прежде всего с неспровоцированной агрессией Соединенных Штатов и Израиля.
Главы МИД монархий Персидского залива в целом поддержали призыв Лаврова к миру, но по отношению к Ирану оказались настроены куда более негативно. Это в первую очередь связано с иранскими ударами по объектам армии США в регионе, а также наступлением близкого к Тегерану йеменского движения «Ансар Аллах» (хуситов).
Представители арабских монархий, в частности, напомнили об ударах хуситов по международному аэропорту Эр-Рияда 11 октября и атаки судоходство в Баб-эль-Мандебском проливе.
Мы стоим в одном ряду плечом к плечу с королевством Саудовская Аравия, которое имеет право на самооборону
При этом глава МИД Бахрейна выразил признательность России за последовательные призывы к прекращению атак на торговые суда в Ормузском и Баб-эль-Мандебском проливах. «Мы помним ту помощь, которую Россия оказала в 2022 году, проголосовав за прекращение ударов по судам в Баб-эль-Мандебском проливе», — добавил он.
«Мы надеемся, что Москва использует свои связи с Ираном, чтобы донести это до Тегерана», — резюмировал министр.
Церемония присяги новобранцев йеменского движения «Ансар Аллах» (хуситы), Сана, Йемен, 11 января 2024 года
Фото: Khaled Abdullah / Reuters
При этом в итоговом заявлении 168-го заседания Совета министров ССАГПЗ государства — участники организации потребовали от Ирана возместить ущерб от ракетных ударов по территории региона и выплатить компенсации.
Страны Персидского залива в очередной раз осудили продолжающиеся атаки ракетами и беспилотниками со стороны Ирана и его союзников по территории стран сообщества и Иордании
На позицию государств Персидского залива влияет и возможное возобновление военной операции США против Ирана: по информации The Wall Street Journal, Вашингтон сообщил арабским странам о возможной «короткой, но интенсивной» кампании сразу после промежуточных выборов в Конгресс 3 ноября. По оценке издания, внезапный рост активности по дипломатическим и военным каналам показывает намерения Белого дома ослабить позиции Тегерана за счет резкой эскалации и подтолкнуть его к переговорам.
Впрочем, несмотря на довольно жесткую риторику в адрес Тегерана, в действительности монархии Персидского залива могут избежать дальнейшей эскалации напряженности. По мнению Ивана Бочарова, страны ССАГПЗ могли использовать российский канал для передачи Ирану сигналов о заинтересованности в деэскалации конфликта и ожидании гарантий ненападения на их территорию.
Как допустил востоковед, в повестку последовавшего визита Сергея Лаврова в Иран входило и информирование руководства Исламской Республики об итогах этой встречи.
Возможно также, что они [страны ССАГПЗ] рассчитывают на содействие России в урегулировании ситуации в зоне залива
«Мы никогда не сотрудничали так тесно»
Сразу после окончания переговоров в Бахрейне Сергей Лавров направился в Тегеран, где его ожидала не менее насыщенная программа.
Прямо из аэропорта министр прибыл на встречу с иранским коллегой Аббасом Аракчи, которая прошла в здании дипломатического ведомства. Безостановочное движение едва не сорвали две группы протестующих у въезда в резиденцию МИД Ирана — впрочем, они совсем не касались России.
Одна группа протестующих, в том числе и женщины с полностью покрытыми лицами, выкрикивая «Аракчи — предатель», упрекали иранского дипломата в желании заключить мирное соглашение с США в ущерб интересам Тегерана. Другие — тоже сторонники действующей власти, но с более умеренными лозунгами — выступали за скорейшее прекращение конфликта.
Прогуливающиеся женщины возле антиамериканского плаката, Тегеран, Иран, 3 августа 2026 года
Фото: Majid Asgaripour / WANA (West Asia News Agency) via Reuters
Переговоры Лаврова и Аракчи продлились почти два часа, хотя изначально на них закладывался лишь час. Встреча прошла за закрытыми дверями, но после нее министры вышли на совместную пресс-конференцию, где рассказали о близости позиций стран по большинству ключевых вопросов мировой политики. Выход дипломатов во многом олицетворял отношения двух стран — сдержанный и без панибратства, но с радушием друг к другу.
Никогда в нашей истории Иран и Россия не сотрудничали так тесно, как сейчас
Не прошла пресс-конференция и без обсуждения роли сакрального в политике. Иранские журналисты задали Сергею Лаврову вопрос о религиозном и цивилизационном факторах в конфликтах на Украине и на Ближнем Востоке.
«Мы, прежде всего, боремся за права наших людей во всех сферах, в том числе в религиозной и в языковой. Боремся за права русских, людей русской культуры, в том числе тех, которые остаются сейчас на территории, контролируемой [президентом Украины] Владимиром Зеленским. Боремся за их право быть частью русской истории», — отметил министр, напомнив, что статус русского языка и Украинской православной церкви Московского патриархата стал одним из триггеров противостояния.
Люди не должны страдать от того, что происходит помимо их воли, от тех решений, которые принимаются элитами, игнорирующими интересы людей. Поэтому уверен, что дело Ирана, как и дело России — это дело правое
Аббас Аракчи, в свою очередь, назвал причиной затягивания конфликта на Украине позицию Запада и призвал европейских лидеров «открыть глаза» на реальную ситуацию.
Европа и США страдают от ошибочных расчетов и подходов. Они взяли неверный политический курс, став главной причиной многих войн и кризисов
После пресс-конференции Лавров задержался в резиденции иранских коллег перед отъездом на встречу с глазу на глаз с президентом Исламской Республики Масудом Пезешкианом. Поводом стали переговоры с секретарем Высшего совета национальной безопасности Ирана Мохсеном Резаи.
Политическая система Ирана, сформировавшаяся в результате Исламской революции 1979 года, сочетает теократические и республиканские черты.
В основе режима лежит принцип «велаят-е факих», в соответствии с которым главой государства (рахбаром, или высшим руководителем Ирана) является наиболее влиятельный факих — шиитский богослов и законовед. Он контролирует все ветви власти и осуществляет попечительство (велаят) над государством.
При рахбаре действует совещательный орган — Совет по определению целесообразности принимаемых решений. Его состав утверждается высшим руководителем на пять лет. Совет помогает рахбару разрешать противоречия между ветвями власти.
Кроме того, главе государства подчиняется Корпус стражей исламской революции (КСИР) — наиболее лояльная и хорошо оснащенная часть вооруженных сил, которая «охраняет Исламскую революцию и ее завоевания», совмещая функции армии, полиции и спецслужбы. Численный состав КСИР составляет к настоящему времени до 190 тысяч человек.
Вторым лицом в государстве, который руководит исполнительной властью, является президент. По своему функционалу он аналогичен должности премьер-министра, но подотчетен рахбару. Президент возглавляет правительство и Высший совет национальной безопасности, отвечает за государственное планирование, утверждение и исполнение государственного бюджета, подписывает договоры и соглашения с иностранными государствами. Он избирается на четыре года всенародным голосованием.
Наконец, в Иране действует однопалатный парламент — Собрание исламского совета (меджлис). Он состоит из 290 депутатов, которые избираются на всеобщих прямых выборах на четыре года. При этом пять мест в меджлисе закреплено за представителями официально признанных религиозных меньшинств — иудеев, зороастрийцев и христиан. Депутаты выступают с законодательными инициативами, утверждают членов правительства, ратифицируют международные договоры и соглашения, контролируют работу исполнительной и судебной власти, могут инициировать отставку президента.
В то же время полномочия парламента ограничены Наблюдательным советом (Советом стражей Конституции). Он утверждает законопроекты и следит за тем, чтобы депутатские инициативы соответствовали конституции и нормам ислама. Совет состоит из 12 членов: шесть из них — факихи, которых назначает высший руководитель, остальные — юристы, избираемые депутатами по представлению главы судебной власти Ирана и также утверждаемые рахбаром.
Российская делегация покинула здание МИД Ирана с картонной коробкой высотой почти в метр: после завершения официальной части иранские коллеги вручили подарок Сергею Лаврову, однако содержимое коробки осталось загадкой.
Министр иностранных дел России Сергей Лавров на совместной пресс-конференции с министром иностранных дел Ирана Аббасом Аракчи, Тегеран, Иран, 19 октября 2026 года
Фото: Majid Asgaripour / WANA (West Asia News Agency) via Reuters
Визит российского министра в Иран продемонстрировал, что сотрудничество двух стран затрагивает не только вопросы урегулирования конфликтов. Лавров рассказал о возвращении специалистов на атомную электростанцию «Бушер» и росте числа иранских студентов в российских вузах — до почти 10 тысяч человек. А Аббас Аракчи напомнил о расширении экономического и энергетического сотрудничества.
увеличился товарооборот России и Ирана за первые восемь месяцев 2026 года
Впрочем, по мнению Ивана Бочарова, пока возвращение российских специалистов на АЭС «Бушер» говорит лишь о частичной нормализации обстановки по отдельным направлениям. Как подчеркнул эксперт, на решение могло повлиять изменение военного фона, однако точные детали возвращения российского персонала АЭС пока не известны.
Риски эскалации вокруг Ирана остаются достаточно высокими, поэтому делать вывод об их существенном снижении преждевременно
«Наша цель — процветающий Ближний Восток»
После начала конфликта на Ближнем Востоке Россия стала одним из наиболее предпочтительных посредников в урегулировании противостояния для всех его участников.
Незадолго до поездки Лаврова, 10 октября, президент России Владимир Путин рассказал президенту США Дональду Трампу об иранском видении урегулирования конфликта на Ближнем Востоке, которое ему передал президент Ирана Масуд Пезешкиан во время встречи в Туркмении на полях саммита Содружества Независимых Государств.
Выгрузка боеприпасов на палубе авианосца USS George Washington, Аравийское море, 13 сентября 2026 года
Фото: Ed Ou / Reuters
Предложения Москвы по урегулированию конфликта на Ближнем Востоке в значительной степени были раскрыты еще в июне в рамках обновленной Концепции обеспечения коллективной безопасности в зоне Персидского залива.
Наша общая цель — процветающий Ближний Восток, поддерживающий межконфессиональный и межнациональный мир и сосуществование
В концепции среди конкретных шагов были выделены:
- отказ от применения силы и угрозы силой для решения спорных проблем, включая территориальные и пограничные споры;
- отказ от предоставления территории третьим странам для атак против соседних государств;
- заключение соглашений по контролю над вооружениями, включающие, например, создание демилитаризованных зон;
- борьба с распространением оружия массового поражения, прежде всего ядерного оружия;
- комплекс коллективных мер укрепления доверия в военной области — «горячие линии» между военными ведомствами стран региона и обмен информацией о поставках вооружений;
- защита свободы судоходства в соответствии с положениями Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.
На совместной пресс-конференции с министром иностранных дел Бахрейна Абделем Латыфом аз-Зайяни и генеральным секретарем ССАГПЗ Джасемом аль-Будайви Лавров подчеркнул, что система коллективной безопасности в регионе должна включать в себя не только арабские страны Персидского залива, но и Иран, Ирак, Иорданию.
Как подчеркнул Иван Бочаров, российская концепция приобретает дополнительную актуальность в условиях заинтересованности монархий Персидского залива и Ирана в стабилизации обстановки. По словам эксперта, после обострения ситуации на Ближнем Востоке в обновленной версии документа Москва сделала упор на ненападении и отказе от ведущих к эскалации ударов.
Если она [концепция] будет способствовать ненападению и снижению рисков, ее поддержат и монархии залива, и Иран. Вопрос о том, на основе чьей инициативы будет выстроен этот процесс, может быть вторичен
По мнению эксперта, для успешного урегулирования конфликта на Ближнем Востоке необходимо выполнение как минимум двух условий:
- зрелость участников конфликта и их готовность к поиску дипломатического урегулирования;
- наличие у посредника инструментов воздействия на стороны — дипломатических, экономических или военно-политических.
Посредник способен ускорить процесс, но заменить политическую волю участников не может. Сейчас готовность к деэскалации остается неочевидной, так как поступают противоречивые сигналы
***
Ближний Восток замер в ожидании дальнейших действий США. Пока Вашингтон накапливает в регионе вооружения для новой волны ударов по Ирану, а американские военные возвращаются на базы в арабских странах.
В таких условиях окончательного урегулирования конфликта, кажется, достичь сложно. И спорят об этом не только лидеры стран региона и министры, но и простые люди.
При отъезде российской делегации из МИД Ирана в аэропорт у ворот дипломатического ведомства по-прежнему стояли две группы протестующих. Они окружили автобус с надписью Press на боковом стекле, кто-то из сторонников противостояния с США даже в гневе постучал по окнам. Они были настроены бороться до конца.