В случае заключения сделки между Россией и США по нефти, которая, как сообщается, включает в себя продажу зарубежных активов российской компании «Лукойл», выгоду от нее могут получить как минимум три стороны — их назвала газета The New York Times (NYT).
По ее данным, в число ведущих сторон, стремящихся заключить сделку, входят американский инвестор Тодд Боэли, катарский конгломерат, контролируемый братьями Мутазом и Рамезом Аль-Хайятом, и инвестиционный фонд из Абу-Даби, контролируемый шейхом Тахнуном бин Зайедом Аль Нахайяном — главным советником по национальной безопасности Объединенных Арабских Эмиратов. Все они — претенденты на покупку активов компании «Лукойл» или инвестирование в нее.
Указывается, что две ближневосточные группы связаны со Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером — двумя американскими переговорщиками с Россией по урегулированию украинского конфликта. «Нет никаких признаков того, что Кушнер или Уиткофф сами получат выгоду. Но готовящаяся сделка представляет собой поразительное переплетение личных деловых связей с геополитикой, даже для администрации, которая регулярно игнорировала опасения по поводу потенциальных конфликтов интересов», — отметила газета.
NYT напомнила, что Боэли в декабре 2025 года пожертвовал миллион долларов организации MAGA Inc., связанной с Дональдом Трампом, и еще миллион передал через свою инвестиционную фирму Eldridge Industries на инаугурацию президента США. Братья Аль-Хайят присутствовали на инаугурации Трампа в 2025 году и с тех пор заключили партнерское соглашение с Кушнером и его женой, дочерью президента Иванкой Трамп, для финансирования многомиллиардного роскошного гостиничного комплекса на юге Албании. А Тахнун бин Зайед контролирует фонд, приобретший крупную долю в криптовалютной компании World Liberty, которой частично управляет сын Стива Уиткоффа.
Сделка может включать в себя множество активов — от нефтяных месторождений в Камеруне и нефтеперерабатывающих заводов в Европе до автозаправочных станций в Нью-Джерси, добавила газета.
Ранее сообщалось, что Тодд Боэли заручился поддержкой правительства США, а также инвесторов из стран Персидского залива, чтобы приобрести зарубежные активы «Лукойла».